Яндекс кошелёк Фани 41001427958659

Актриса в «Стране Чудес»

Сказка, позаимствованная Фаней у Льюиса Кэрролла…

Глава первая

Эта сказка подарок Игорю Владимировичу Неграшову на Новый 2006 год...

Алёна шла со своим мужем по галерее торговых прилавков, сверкающих предновогодними огнями и празднично зазывающих своими товарами, и маялась. Ей ужасно хотелось хоть что-нибудь купить, а когда желание столь высоко, сколь оно было у Алёны, то идти быстрым шагом мимо всего этого добра, едва поспевая за расторопным мужем, дело, сами понимаете, очень нелёгкое. Раз-другой она, правда, останавливалась у каких-то прилавков, там, где муж почему-либо замешкался или был кем-то сбит с пути, но там не оказалось ни бижутерии, ни нижнего белья, ни подсвечников, ни вазочек.

«Кому нужны книжки какой-то Нафани Питерской? Да ещё за такие деньги… не понимаю!» - думала Алёна, отходя от очередного прилавка.

С горя она начала подумывать, что неплохо бы начать капризничать и устроить мужу небольшой скандальчик. Да, это было бы совсем неплохо. Но плохо было то, что для этого надо было напрягаться, трепать свою душу и, что противнее всего, размазывать краску по лицу, когда как макияж у Алёны был сегодня особенно удачный.

Хотя, можно, конечно, попробовать обойтись без слезы… Просто приостановиться… И…

Вдруг совсем рядом с Алёной из толпы возник человечек в бархатном костюмчике лакея каких-то далёких императорских времён. Очень небольшого роста человечек, со смешным личиком опухшего гнома, на котором обиженно моргали маленькие заячьи красноватые глазки.

И тут, разумеется, не было ничего такого необыкновенного; Алёна совсем даже не удивилась появлению человечка в таком неподходящем для современности костюмчике, но расплылась в очень широкой улыбке, потому что человечек сам по себе был очень забавный. Алёна встала на месте и стала с большим любопытством разглядывать человечка. А когда человечек достал из жилетного кармашка часы и, едва взглянув на них, подпрыгнул на месте, потом пискнул: «Уже два часа, а я ещё не нашёл актриску!» и пустился бежать, Алёна тоже подскочила на месте и пустилась бежать за ним.

Ещё бы! Ведь это был первый смешной человечек, встреченный ею просто так по дороге, который искал актрису!

Сгорая и от любопытства и ещё от смеси всяких непонятных чувств, Алёна со всех ног помчалась вдогонку за человечком, время от времени покрикивая: «Извините!», «Простите, пожалуйста!», «Подождите!», и, честное слово, она бы догнала человечка, если бы не огромное количество гуляющих по торговому центру людей, на которых приходилось натыкаться и если бы не шум их голосов в гулких торговых арках, который заглушал крики Алёны.

Во всяком случае, она подоспела как раз вовремя, чтобы заметить, как человечек скрылся в одном из лифтов центральной залы торгово-развлекательного комплекса.

Подождав у лифта и определив по электронной табличке сверху, что человечек доехал на своём лифте до четырнадцатого этажа, Алёна тут же бросилась в соседний – просторный и очень модный – лифт, который дружелюбно держал двери нараспашку, и нажала кнопку с номером четырнадцать. Кабина мягко закрыла двери, очень нежно оторвалась от места своего пребывания, и поплыла вверх.

Сперва лифт Алёны шёл ровно, как и полагается хорошему лифту, но потом вдруг толкнулся, скрипнул и остановился, да так круто и неожиданно, на фоне такого плавного скольжения, что у Алёны перехватило дыхание.

То ли это была чья-то злая шутка, то ли и такие ультра современные лифты выходят иногда из строя, но только вскоре выяснилось, что двери лифта открываться не собираются, и что лифт, скорее всего, застрял, и теперь у Алёны есть время, чтобы подумать, например, о жизни.

Первым делом, Алёна, понятно, начала судорожно тыкать по всем кнопкам на зеркально-стальной панели управления лифтом. Никаких результатов это не принесло. Тогда Алёна начала нажимать на специальные, по её мнению, кнопки, благодаря которым мог произойти контакт с кем-нибудь, кто может откликнуться на специальный сигнал бедствия. Это тоже не принесло никаких результатов: никакой вежливый электронный голос не произнёс никакой полезной информации по эксплуатации лифта, и даже никакая недовольная лифтёрша не гаркнула в ответ на вызов: «Чего опять?» Тогда, следующим шагом, Алёна предпочла удариться в панику и забарабанить руками в двери лифта, выкрикивая отчаянные слова.

Когда стало понятно, что и такие действия не приносят никакого результата, Алёна принялась рассеянно рассматривать стены своей тюрьмы.

Стены были красивые. Какой-то невероятно космический металлик с большим количеством подсветки – и внутренней, и внешней. А в дальнем правом углу даже стояла искусственная ёлочка ростом с Алёну, украшенная позолоченными ленточками и разноцветными бирочками на золотых лесках, кричащими о разнообразных выгодных предложениях разнообразных предновогодних товаров.

На одной из бирок апельсиновым цветом красовалась надпись: «Джемпера! Из Италии! Предъявителю скидка 50%!» Это была очень красивая и хорошая надпись. И хотя Алёна и была сильно расстроена, она, понимая, что заключение её не вечно, аккуратно отвязала эту бирку от елочной ветки. Надо заметить, что дело это было нелёгкое, потому что привязаны эти бирки были руками специальных хитрых людей специальными прочными лесками: исключительно для рекламы, а не для покупательского пользования. Однако у Алёны была уйма свободного времени, а также большое покупательское желание получить скидку, да ещё праведное негодование по поводу сложившихся обстоятельств, поэтому Алёна отвязала-таки красивую бирку про джемпера от ёлки и аккуратно положила бирку в карман дублёнки. Потом Алёна отвязала от ёлки ещё бирку про парфюмерию. Бирку про новогоднюю ярмарку на девятом этаже. Бирку про распродажу бытовой техники. И отвязала один позолоченный бант, спрятав его на дно сумочки.

- Да, - сказала сама себе Алёна, - вот, блин, покаталась на лифте. Ну, уж скидок вы мне предоставите за это! Будьте уверены!

А лифт всё стоял и стоял на месте. И никто не думал беспокоиться по этому поводу. Жизнь вне лифта будто бы перестала существовать.

- Блин, я тут уже двадцать минут кукую! – громко крикнула Алёна в двери лифта, посмотрев предварительно на часы. – Наверное, уже можно было бы какой-нибудь технической службе получить какой-нибудь сигнал! А?… У вас тут не на компьютерах всё разве работает?

Дело в том, что как раз недавно муж Алёны купил себе для домашнего пользования компьютер и рассказал Алёне, как компьютер в принципе работает, а также показал некоторые интересные вещи, которые умеют делать компьютеры: например, в заданное время показывать на своём экране выбранную заранее картинку, или могут взять да и чего-нибудь рассортировать, или отправить кому-нибудь чего-нибудь, или даже разбудить Алёниного мужа утром ужасным каким-нибудь звуком. Поэтому Алёна смогла и сейчас предположить, что здесь, где всё так сверкает модным металликом и ультра модными лампочками, не обошлось без участия компьютера. И хотя сейчас был не самый лучший случай блеснуть своими познаниями в области компьютеров – к сожалению, никто её не слушал, - Алёна всегда была не прочь попрактиковаться выступить с максимальным эффектом.

- Ну же! – крикнула, продолжая, Алёна. – Посмотрите в свои мониторы! Неужели там не написано: «Человек в лифте!»? У вас же должно быть там написано, что что-то случилось!

Немного отдохнув от крика, походив туда-сюда по лифту и потолкав с досады в его стенки, Алёна начала снова кричать в двери:

- У меня жизнь проходит мимо! Эй, граждане обслуживающий персонал!?! ЧЕЛОВЕК В ЛИФТЕ!!!

Вдруг, совершенно неожиданно, Алёна предположила наличие в лифте видеокамеры: в каком-нибудь замаскированном под лампочку отверстии. Тогда она начала подходить к каждому углу лифта, внимательно вглядываться в его лампочки и дырочки, корчить туда симпатичные, как ей казалось, мимические маски и проговаривать жалобные просящие слова. Время от времени, Алёна прислушивалась к миру вне лифта, но мир молчал. Судя по всему, вне лифта жизни нет. Тогда Алёна решила пойти на шантаж. Шантажировать тех, кто наверняка смотрит на неё в свои мониторы посредством встроенных тут видеокамер; для этого она кинулась к ёлке и принялась отвязывать от неё первую попавшуюся бирку.

- Я вот вам сейчас покажу! Я вам сейчас тут все ваши специальные предложения пообдираю! – приговаривала Алёна, энергично работая пальцами рук. - Чем дольше меня тут держать будете, тем больше оборву! И попробуйте потом отнять! Вот всё оборву и всем этим воспользуюсь! Вот и это тоже оборву…что это у нас такое?… Антипятка! Скидка – 30%! Отлично! И Антипятку берём!…

В душе Алёна яростно ликовала и вошла в необыкновенный раж. И хотя сама она почувствовала, что слово, произнесённое ею только что какое-то неправильное и, скорее всего, вовсе не так было написано на бирке, пыл её от этого не умерился и, тем более, не иссяк. Она даже ещё сильнее захотела, чтобы её видели сейчас все сотрудники и посетители огромного торгово-развлекательного комплекса «Страна Чудес». Чтобы все двадцать этажей этого комплекса замерли бы у огромных мониторов, и десятки тысяч обслуживающего и торгового персонала, а также сотни тысяч покупателей вперились бы в эти мониторы, забыв про свои дела. Стояли бы огромной застывшей массой и с любопытством наблюдали бы прямую трансляцию из центрального лифта, где помещённый в неволю человек истово обдирает с рождественской ёлки рекламные предложения.

Отвязав ещё несколько бирок, Алёна развернулась к дверям лифта и сделала очень артистический и весьма изящный книксен.

- Прошу прощения! – сказала она дверям, к тому моменту она была уверена, что камера находится именно над дверями, - ничего, если я оторву все ваши сокровища?

А потом Алёна опять развернулась к ёлке и принялась снова отвязывать разноцветные бирочки.

От верха елочки. И дальше – вниз, вниз, вниз!

Так как никакого другого занятия у неё не было, Алёна вскоре опять заговорила сама с собой.

- Тоже мне! Актриса, блин!

Актрисой Алёна обозвала сама себя. Дело в том, что по своему образованию Алёна считала себя актрисой. Когда-то она закончила одну маленькую театральную студию при одном маленьком провинциальном театре. После окончания студии Алёна маленько поиграла маленьких ролей в этом маленьком театре. А потом вышла замуж за командировочного и уехала с ним в большой город, чтобы жить там, как и положено женщине - женой при муже.

И, хотя, роль жены при муже – это была основная роль, к которой Алёна стремилась всю свою четвертьвековую жизнь, актрисой она всё равно себя считала, и время от времени умирала от желания проявить где-нибудь, кроме как в кругу друзей, свои незаурядные артистические способности.

Наверное, поэтому, услышав, что смешной человечек в бархатной ливрее ищет актрису, Алёна так подскочила на месте, и понеслась, сломя голову, на встречу своей актёрской судьбе; или, скорее, вдогонку своему актёрскому счастью. И вот он – результат.

- Актриска, блин, актрисулька! – продолжала Алёна, пытаясь подцепить ногтем золочёную леску. – Чего понесло-то?! Шла бы сейчас и шла по рядам. Купила бы себе уже чего-нибудь. А теперь вот сиди тут, актриса. Остаток своей жизни. И весели микроорганизмов. Реалити-шоу для галогенных лампочек! Интересно вам, лампочки, смотреть на Алёнушку в лифте? А тебе, елочка, нравится такое представление? Ещё бы! Я же актриса! Больших и малых ёперных!

Не всё ли равно о чём спрашивать, когда тебе всё равно никто не ответит? И не всё ли равно, о чём говорить, когда реакции нет никакой? Но, как видите, здравость ума у Алёны всё ещё присутствует. А так же не покидает её надежда, что кто-то её всё-таки сейчас видит и очень впечатляется её актёрской игрой и злобным чувством юмора в экстренной ситуации.

Вскоре Алёна немного устала: и разговаривать с собой, и отвязывать плохо отвязывающиеся бирки. Она подошла к двери, побарабанила в неё на всякий случай, прислушалась, и, не услышав ничего интересного, села на пол возле ёлки, чтобы немного отдохнуть.

Усевшись, Алёна первым делом посмотрела наверх, а, приглядевшись повнимательнее, Алёна заметила что-то очень похожее на небольшую прямоугольную крышку. Алёна моментально вскочила и пригляделась ещё внимательнее: да, точно, на потолке проглядывались очертания маленькой дверцы!

Сначала Алёна очень обрадовалась, обнаружив новый выход. Но увы! Это была очень маленькая дверца, такая, что пролезть в неё смог бы, наверное, только кролик. И, к тому же, эта дверца находилась слишком высоко. Даже если бы Алёна подпрыгнула, как могла высоко, то и вытянутой вверх рукой она не дотронулась бы до этой дверцы.

Было бы здорово, - подумала вслух Алёна, глядя на дверцу, - если бы я была метра два ростом. Дотянулась бы тогда до этой дверцы. И ещё хорошо бы было, если бы я была очень гибкая. Как змея. Дотянулась бы до дверцы и выползла бы в неё. Жаль, что люди не придумали таблеток, которые изменяли бы на время строение человека. Будь у меня в сумочке пачка таких таблеток, я бы сейчас уже воспользовалась бы ими. Съела бы розовенькую пилюлю – раз! – и начала бы расти вверх. Потом съела бы зелёненькую – опля! – и стала бы мягкая, как резина. Выползла бы из шахты лифта, полежала бы там немножко, выпила бы восстанавливающего раствора из пузырёчка – стала бы такая же, как была, и пошла бы домой.

Представляете, как Алёне хотелось выбраться из этого космически модного лифта на волю, погулять среди торговых рядов и вокруг журчащих фонтанов, обставленных кадками с тропическими растениями?! Но в этот узкий лаз не прошли бы даже Алёнины плечи, и допрыгнуть до него не представлялось возможным.

Почему здесь на ёлке не висит книжка «Вырасти себя за две минуты!»? - подумала Алёна с тоской. – Или «Прыгаем на три метра без шеста!»?

Дело в том, что у Алёны было своего рода хобби: она ужасно любила читать поучительные книжки - руководства к действию. Про людей, с которыми, например, случались самые разные неприятности, но люди эти находили в себе силы, чтобы достойно выходить из сложившихся обстоятельств героями, а потом рассказывали обо всём случившимся в своих книжках. Или про людей, которые открыли для себя какие-то интересные виды жизнедеятельности, очень этими видами озадачились, воодушевились, возвели эти виды жизнедеятельности в закон, и решили всем окружающим этот закон открыть или даже навязать. Из всех этих книжек Алёна усвоила, например, что исцелить себя можешь только ты сам. Что брюшной пресс лучше качать, нежели не качать. Что борьба с целлюлитом изнурительна, но не бесперспективна. Что диет на свете столько же примерно, сколько и людей; все они весьма полезны, и их лучше придерживаться, чем не придерживаться. Что мужчина и женщина смотрят на мир разными глазами. Что пересадка комнатных растений, оказывается, дело серьёзное. Что в домашних условиях, применив смекалку и изобретательность, а, также найдя пару-тройку ненужных тряпок, можно создать самой первоклассный гардероб из самых модных вещей. Как создать дома уют и комфорт, используя малые средства и многие силы. И даже узнала, как содержать дома игуана.

Алёна отлично помнила все советы, которые давали ей умные люди в своих поучительных книжках. И уж будьте уверены, если бы сейчас ей на глаза попалась книжка, дающая инструкции по быстрому выращиванию себя или приобретению невероятной гибкости и тянучести в теле, то Алёна немедленно изучила бы эту книжку, и уже через полчаса была бы извивающимся резиновым гигантом.

Однако книжки такой в лифте не было, и от досады Алёна как можно сильнее поднапряглась и как можно выше подпрыгнула к дверце на потолке лифта, с громким криком: «А-а-а!»

- Ой! – опустившись на пол лифта, удивлённо воскликнула Алёна. – Что же это? Движение?…

Спорить с этим было трудно: как только Алёна приземлилась на пол, лифт дёрнулся и поплыл вверх.

Алёна засияла от радости, уверенная, что теперь-то, выйдя из заключения, она заживёт иначе. А лифт всё плыл и плыл вверх, издавая недовольный глухой звук. На всякий случай Алёна решила пока не сильно радоваться движению – на тот случай, если лифт увезёт её сейчас за пределы торгового комплекса – в открытый космос.

Или вдруг он меня сейчас расплющит об стальные конструкции чердака? – думала Алёна не без тревоги. - Интересно, на что это будет похоже? Как в фильме ужасов, наверное.

И Алёна попыталась вообразить себе, как именно лифты входят в чердачный отсек и там со скрежетом и грохотом вплющиваются в железные конструкции. Картинка получилась не очень правдоподобная – ведь, к счастью, Алёне никогда не приходилось ничего подобного видеть. И что ещё больше радовало, так это то, что Алёне не воображалась в этой картинке сама Алёна – такого исхода событий никак не виделось.

Подождав немного и убедившись, что лифт всё ещё плывёт, хоть и очень медленно, и ни на что не натыкается, Алёна встала возле дверей и стала с нетерпением ждать окончания путешествия.

Как же всё-таки хорошо, после стольких минут глупого ожидания, ощутить движение, пусть и тревожное, но движение!

Алёна попробовала прислоняться ухом к щели между дверями и послушать, где и как она проплывает, но кроме недовольного гула лифта ничего не было слышно, и двери прилегали друг к другу так плотно, что ничего не было видно сквозь щель.

И всё-таки Алёна пустила слезу. От накопившейся ли усталости и стресса, от радости ли движения, от жалости ли к себе – так или иначе, а предательская влажность образовалась в районе глаз, и чуть было не размочила хорошо наложенный макияж.

- Ну вот, ещё чего не хватало! – сказала Алёна себе вслух и довольно строго. – Ещё и потоп устроила тут! Перестань-ка, подруга, киснуть! Очень советую!

Алёна вообще всегда давала себе советы, и эти советы были превосходные, хотя слушалась их Алёна далеко не всегда. Иногда она так обстоятельно и грамотно объясняла себе все возможные варианты действий, что самый лучший в мире стратег взял бы Алёну в консультанты, услышав ряд советов, которые Алёна давала сама себе. К сожалению, чаще всего эти советы оставались только советами.

Вот и сейчас: совет перестать плакать не сработал, слёзы продолжали течь из глаз, и носовой платочек становился всё более мокрым и запачканным тушью.

Алёна так увлеклась своим плаксивым занятием, что очень удивилась, когда лифт остановился, и двери лифта вдруг раскрылись прямо перед её носом.

Вообще-то обычно так и бывает с тем, кто едет куда-либо на лифте, но Алёна так самозабвенно жалела себя, что открытие дверей лифта стало для неё настоящим сюрпризом.

В дверях лифта Алёне открылся тускло освещённый зеленоватым светом коридор, без признаков живых существ. Алёна опасливо высунула голову из лифта, убедилась, что явной угрозы коридор не представляет, и вышла целиком наружу. Как только Алёна ступила на поблёскивающую зелёную плитку коридора, двери лифта закрылись и, судя по звуку, лифт поплыл куда-то ещё.

- Стой! – крикнула, было, Алёна, обернувшись и нажав на кнопку возле лифта. – А я? Хотя, ладно… Лестницей, пожалуй, будет надёжнее…

И Алёна очень осторожно пошла по очень длинному тускло-зеленоватому коридору, с намерением найти выход на служебную лестницу.

Тут надо уточнить, что служебных дверок в этом коридоре было достаточно и на всех на них были только номера, и никакого значка, изображающего человека, бегущего по лестнице. То есть, поиски предстояли долгие.

<дальше>

Список сказок | О проекте Рейтинг@Mail.ru