Huh / Сказки / Как Антоха подарок на 8 марта...
Яндекс кошелёк Фани 41001427958659

Как Антоха подарок на 8 марта получил

Быль

Сидела Нафаня на стуле ровно, смотрела в окно и, как обычно, когда делать совсем Нафане нечего, напрягала свою голову, чтобы голова думала о писательском творчестве. Хоть бы какой-нибудь сюжетик! – страдала Нафаня. - Ну, хоть какой-нибудь! Пусть хоть зарисовочка скромненькая пришла бы на ум! Ни черта.

«В восьмой вагон важно вошёл высокий Валет Вини. Вагоновожатый выгнулся, выставив вперёд валенок»… И чего дальше? И ничего дальше. Тоска.

- То есть, творчества сегодня не будет? – спросила Нафаня у своей Музы Альбертовны.

- Будет! – ответила добрая женщина Нафане. – Сейчас такой сюжетик подкину - офигеешь! Ты б такого сама и не придумала б никогда!

- Да ты чё? – удивилась Нафаня.

- Ну!

- Давай скорее!

- Звонят тебе – трубку подними.

- А сюжетик?

- Трубку, говорю, подними!

Обидевшись на Музу Альбертовну, Нафаня подняла трубку телефона и, голосом умирающей от жизни чеховской героини, ответила на звонок. В трубке оказался Антоха – дружище Нафани, ещё по детству...отрочеству, юности и даже некоторому периоду молодости.

Ну, что ж, - подумала Нафаня, услышав голос кореша, - не сюжет, так хоть байки последние узнаю. Тоже дело.

- Здарова! Чё-как? – поприветствовала Нафаня друга.

- Да, всё пучком! – как всегда радостно ответил кореш. – С восьмым марта тебя, с прошедшим! Ха-ха!

- Спасибо. Как ты его отгулял-то?

- Оооо! – протянул Антоха, и Нафаня сразу начала дико завидовать другу. Ведь такое «Оооо!» всегда говорит об отменности мероприятия. – Так справил, - добавил Антоха, - что сам удивляюсь!

- Ну-ка, ну-ка…

…Пошли мы, значит, в баню шестого числа с мужиками. Как водится. В самом-то деле: надо же организм перед праздниками в чистое состояние привести! Посидели отменно! Всё так душевно было: пивка там, водочки, за жизнь поговорить. Но потом мы за каким-то хреном в кафешку заглянули, и вот тут я уже теряюсь в вариантах. Вроде, сначала тоже было не плохо – так мне кажется. А потом… А потом я уже не помню… Вот всё, что до текилы ещё припоминаю, а после текилы – не помню ни черта. Хоть убей.

Говорят, когда прощались, я такси взял и даже сказал, куда мне надо. При том, говорят, я сам его взял, и сам сказал, куда мне ехать. Но я этого вообще никак не припоминаю!


Хм, как неинтересно, - подумала Нафаня. – Сам взял такси, и сам поехал по названному адресу. Это значит, что никто не отвёз Антоху в аэропорт, или, на крайняк, на Московский вокзал. Никто не посадил Антоху на самолёт или на поезд. Не доехал Антоха до столицы. Не вломился Антоха ни в какой дом на Рублёвском шоссе, перепутав его со своей дачей в Можайске. Не напугал Антоха никакую Барбару Брыльску или Оксану Робски своим возлежанием на её кровати. Не отвадил принципиального Ипполита или толстосумчатого Гоги от спальни светской красавицы. То есть, ничего такого Антоха не натворил. И это совсем неинтересно. А, даже если бы он такого и натворил, то это тоже было бы неинтересно, потому что сюжет отработанный и никому уже не смешно сто лет.

Вот так стало Нафане грустно. Можно даже сказать, грустнее грустного стало Нафане, а Антоха, тем временем, продолжал рассказ.


…Получается, что башка у меня была выключена абсолютно. И включилась она в самый неожиданный момент и в очень странном месте.


В жопе, что ли? – подумала Нафаня, немного повеселев. – Это неплохой сюжет: голова, которая с перепоя и с перепуга заработала в жопе. То есть, сидит Антоха в такси и задыхается от мыслей. Задыхается, потому что: во-первых, мыслей много и они тяжёлые, а во-вторых, он ещё и сидит всем весом как раз на том аппарате, которым думает эти мысли. В принципе, достаточно забавно. Хотя, нет. Такой сюжет тоже неоригинален. Сколько народу за свою жизнь думало, что думает этим местом, или сколько народу думало про другой народ, что он думает этим местом – ничего тут нет привлекательного для описания. Эх. Опять получается грустно.


Но Антоха не чувствовал Нафаниной грусти и бодро продолжал повествование:

…Смотрю, значит, вокруг: местность какая-то незнакомая. Что за местность определить не могу ни с первого взгляда, ни с четвёртого. Но красиво кругом, чёрт побери: рассвет брезжит, с неба снежок идёт, под ногами свежий снежок скрипит. Есть всё-таки некоторая приятность в окружающем мире! Знать бы ещё, что это за местность и как я тут – вообще радость была бы большая!

Гляжу я, тады, на себя. На мне, значит, перчаточки. Обе штуки. И мои. Это плюс.

В руках сумочка болтается. Моя. Крепко держу в кулачке. Это я, значит, молодца.

Шапочка? Шапочки нету. Это не плюс. Хотя… Хотя, шапочки у меня и не было никогда. Я их не ношу, вообще-то…

Ах, ты ж, блин! денег нет ни хрена!!! Вот это подстава! Или? или их и не было? Точно! Денег и не было. Фу, полегчало.

Вот мобила, кажись, была. А её как раз и нету чего-то. Получается, что караул: мобилу тиснули, или похерил я её где-то в беспамятстве. И это очень неприятно. Мобила бы как раз пригодилась.

Бреду, значит, бреду. Себя удивительным образом ощущаю. Смотрю – человек идёт. Я ему:

- Чилаэээк! Пагадиии!… Сколька чичас время, чилаээк?

- Пять утра! – бодро сообщает человек.

- А хде эта мы?

- А это мы в посёлке Горбунки, что по Стрельнинскому направлению! – рапортует горбунковский оптимист.

- А чего я тут?

- Этого не могу знать!

- Пагади, чилаэк, не суетись…

- Не вопрос! Если сейчас вот туда пойдём, то придём с тобой к станции, а там и первая электричка на Питер!

- О! Аааатличная тема, чилаэк: электриииичка на Питер! Сам придумал?

- Не! тут часто такое случается. Думай, товарищ, быстрее, или я тогда побёг на электричку!

- Думаю, чилаэк, думаю…

Снег, значится, на морду сыплется, а я стою и думаю. Честно думаю, но трудно. Гляжу – мотор едет. Я ему рукой давай махать – мол, стоп! стоп! тормози! Он и затормозил.

- Поехали, - говорю, - мужик, домой!

- А поехали! – согласился мужик. – Домой так домой.

Такой, знаешь ли, оказался мужик добрый. Даже мобилу свою дал, чтобы я смог жене позвонить. О как!

А я, главное, еду домой и пытаюсь припомнить – как же это меня угораздило в Горбунки приехать? И не помню ж ни черта!…

Помню, шёл по полю. Поле такое большое...белое...пушистое! Ноги в сугробе тонут, а я иду себе и иду. Важно так топаю, будто Лев Толстой, но без косы и зимою. Смотрю в даль, а там холмы заснеженные: эдак красиво к небу поднимаются, а на их вершины, вроде как, облака ложатся. И понимаю я внутри себя, что мне необходимость большая на этих холмах очутиться. Вот уж не знаю, чего мне там, но твёрдо знаю, что мне на холмы надо, а иначе, стало быть, никак.

Подхожу поближе, глядь – под холмами речка бежит: чисто молочная река, кисельные берега. Ну, ледком, конечно, припущена. Вот, думаю, сейчас соберусь и в три прыжка через реченьку-то и пересайгачу. Подсобрался, значит. Воздуху в лёгкие поднабрал. Поднатужился зачем-то, и прыг-прыг-прыг! опля! - на том берегу!

Это вот сейчас сижу – вспоминаю: ведь мог бы и под лёд уйти, не бог весть знает какой лёд-то там был. А тогда нет: раз-два-три! - и уже на холмы карабкаюсь. Чёрт знает что! Чудеса, прям, какие-то!


Эге, - подумала Нафаня. – А ведь и, правда – сюжет! Не соврала Муза Альбертовна. Может, и не шибко какой оригинальный, но сюжет! Сама б ни в жизнь не догадалась отправить пьяного кореша на заснеженные холмы, а тут вот он сам взял и пошёл! Не на поезд до Москвы. Не поспать в зале ожидания. Не в чужую квартиру. И даже не к себе домой на автопилоте. Нет! Он пошёл по полям через реки на холмы! А это уже почти что поэзия! И это надо записать. Делать-то всё равно нечего. Надо бы только побольше сенсационных подробностей из личной жизни героя! для пущего интересу!

- Жена-то тебе просвистон хороший устроила? – спросила Нафаня друга, конечно же, в расчёте на сенсацию.

- Неее! Рада была неимоверно, что объявился! А на восьмое марта подарила мобилу!

- О как! – опешила Нафаня.

- Ага! – подтвердил Антоха. – В общем, отличился я по спецпрограмме. Два дня потом по хозяйству хлопотал, чтобы загладить конфуз!

- Слушай, ну это прямо на целую сказку тянет! – восхитилась Нафаня. – Я б вот специально думала и не придумала бы замутки такой, а ты вон текилки хлебнул – и пожалуйте вам сказочку! Талант!

- Ха-ха! Дык запиши как-нибудь. Мож, чего и получится!

Дождалась тогда Нафаня, когда Антоха проголодается и пойдёт ужинать, попрощалась скорее с дружищем, трубку нетерпеливо бросила, и скорее к компьютеру. Уселась на стул ровно и всё, что услышала, тут же записала.

Оно, может, и не по-шекспировски совсем, но, зато, правда чистейшая, да ещё и про Антоху. Такие дела.

15 марта 2005 года, Нафаня

Список сказок | О проекте Рейтинг@Mail.ru